СПИРИТИЗМ

независимое издательство

 

Ф. Гамов

ИВАН

1. Испытание Германа Нунке.       

       Сейчас я постарше и поумнее, чем в 1992 году, когда только-только окончил каллидж и только-только примерил белую рубашку с галстуком в офисе моего босса, немца по происхождению, Германа Нунке, на которого мне почему-то очень хотелось быть похожим. Тогда мне казалось, что я работаю в самом красивом и светлом офисе во всем дождливом Массачусетсе.
        В гигантском зале стояла масса маленьких столиков, отгороженных друг от друга картонными перегородками, один из них был моим рабочим местом. В центре зала располагался стеклянный куб – кабинет Германа Нунке. Напротив меня сидел огромный, но добродушный негр Джим, а соседний столик недавно освободился, - рыжую Дженнифер уволили из-за частых опозданий (такое Герман Нунке не прощал никому!). Закончился август и я почивал на лаврах лучшего работника месяца, кстати, в один месяц с Эшли Аллен, - девушкой месяца плейбоя. Как-то утром в нашем офисе появился Иван, - эмигрант откуда-то из восточной Европы, может быть, даже из самой снежной матушки России. Босс привел его в понедельник, с ернической улыбочкой подошел к моему столу. Почему ко мне?! Возможно, потому, что я стал лучшим работником месяца. Негр Джим принялся скалить свои белые зубы, наблюдая за картиной.
        - Познакомься, малыш Джонни, - сказал Герман, - это наш новый менеджер Иван, он откуда-то из восточной Европы, может быть, даже из самой снежной матушки России. Он неплохо говорит по-английски, так что с этим, Джонни, у тебя не будет никаких проблем. Это твой старший менеджер, Иван, его зовут, Джон.
        - Привьет, Джон! Я рад видьеть тьебя, - сказал Иван улыбаясь широкой русской улыбкой.
        - А это, Иван, твое новое место, - и Герман Нунке указал на соседний стол, расположенный за картонной перегородкой.
        - Спасьибо, босс!
        - Работайте, ребята! – и босс ушел в свой стеклянный кабинет.
        Тогда я решил наконец оторвать свою задницу от кресла. Ивану я оказался по плечо. Он был здоровый малый, скуластый такой, широкий в плечах. Очень похожий на Арнольда Шварценнегера, только белобрысый.
        - Слушай меня, Иван, - сказал я, - Я работаю здесь почти год и кое-что смыслю в этом бизнесе. Я знаю, что почем, куда и зачем. Ты должен делать все, что говорю тебе я, и тогда ты тоже, возможно, станешь человеком. И мне все равно, кем ты был в своем Санкт-Петербурге. Тебе все равно придется изрядно попотеть, чтобы доказать всем, что ты человек, а не мартышка. Ты меня понял?
        - Коньешно, я буду делать вещи, которые ты мне говорить.
        - Научи его жизни, белый братан, - сказал негр Джим.
        - Спасибо, Джим. Ок, парень. Садись за свое рабочее место. И возьми эту кипу ненужной документации. – я положил перед ним стопку испорченной мной бумаги высотой в локоть. – За сегодняшний день ты должен это уничтожить, причем так, чтобы ни одного слова нельзя было потом прочесть. Изорви это на мелкие кусочки, парень.
        - Карашо, я все сделаю, - сказал Иван и старательно принялся за работу.
        Он брал каждый листочек и возился с ним по полчаса. Забавно было наблюдать за его огромными ручищами. Он работал даже во время ленча, когда все сотрудники достали свои бумажные пакетики с сандвичами.
        После ленча, когда негр Джим по прозвищу Неиссякаемая Задница ушел в туалет, Люси принесла мне проект еженедельного отчета от босса. Люси – самая красивая женщина в нашем офисе, жгучая брюнетка. Она была любовницей босса, это знали все. Иногда даже во время ленча она заходила к нему и закрывала жалюзи. Тогда мы, сотрудники офиса, начинали переглядываться, это было одно из наших развлечений. Негр Джим тут же звонил кому-то по телефону, и кричал в трубку: «Эй, нигер, этот гребаный белый опять ее трахает».
        - Кто этот симпатичный малый? – спросила она, показывая на Ивана.
        - Его зовут Иван, он из восточной Европы, мой младший менеджер.
        - О, так это ты заставил его заниматься этой гребаной ерундой, - засмеялась она.
       - Даю ему уроки, как нужно работать.
        - Ты даешь, малыш Джонни, - она приблизилась к Ивану, - Привет, Иван.
        - Привьет.
        - Меня зовут Люси, будем знакомы.
        - Карашо.
        Она ушла, а я посмотрел ей вслед, на ее шикарную массачусетскую задницу. Мне бы и самому хотелось занять место босса, по правде говоря.
        Рабочий день подошел к концу и руки у Ивана стали похожи на две кривые ветки от боли и напряжения, а перед ним еще лежала четверть стопки.
        - Тебе нужно закончить эту работу сегодня, - сказал я ему. – Если ты не успеваешь сделать все в рабочее время, должен остаться после работы, такое здесь правило, парень, это бизнес.
        - Карашо, я буду делать эту работу.
        Я ушел, а он остался рвать эти никому не нужные документы. Сейчас, после всего, что произошло, я, конечно, жалею, о том, что каждый день заставлял его оставаться. Я перегнул палку, как любят говорить, у них в России, и сам помог сделать ему карьру.
        На следующий день гордый Иван показал мне мешок с изорванной на мелкие кусочки бумагой.
        - Я всье сдьелал, - сказал он.
        - Молодец Иван. Хорошо справился. В следующий раз имей в виду, что эта коробка, которая стоит рядом с твоим столом, называется уничтожитель (шредер). Смотри, берешь листок, и вставляешь его сюда.
        Уничтожитель завизжал, и через полсекунды листка бумаги как не бывало.
        - Это будет немного быстрее, не правда ли, Иван? – спросил я и поглядел на его перекосившееся лицо, - Пойдем, я тебе дам новое задание, - сказал, довольно улыбаясь, я.
        - Молодец, белый парень, - похвалил негр Джимми из-за соседнего столика.
        Я дал Ивану проект еженедельного отчета и сказал каждую цифру из него увеличить на пять процентов, так я должен был показать нашему боссу пятипроцентное увеличение показателей.
        Пришло время ленча, и Иван снова встретил его за калькулятором, я стал добрее и объяснил русскому медведю, что это такое.
        - Послушай, Иван, - сказал я, прожевывая свой сандвич со свининой, - В обед тебе нужно обедать, иначе скоро твои русские мускулы совсем исчезнут. Приноси что-нибудь с собой поесть, - как видите, моя доброта уже не имела границ.
        Иван улыбнулся.
        - Карашо, спасибо большой. Я буду просьить свой жена мне готовить какой-нибудь еда.
        - У тебя есть жена, Иван?
        - Да, конечно, - глупо продолжил улыбаться Иван.
        - Она переехала сюда с тобой?
        - Ньет. Я женьился здесь, когда работал в рьесторане посудомоечником.
        - А, ты еще и посудомойщиком был?
        - Да, это так. Моя жена – натуральный западный человек.
        После ленча снова пришла Люси, покрутила своей шикарной задницей.
        - Как дела, малыш Джонни? – спросила она. А раньше она со мной редко разговаривала. Гордости у меня прибавилось, мне показалось, что я становлюсь биг бой.
        - Ок!
        - Рада за тебя, а твой напарник?
        - Он пока мне не напарник, но скоро им станет, если будет также работать.
        - Привет, Иван. Как дела? – обратилась она к Ивану.
        - Карашо.
        - Нужно говорить «ОК». Тебе еще нужны уроки английского.
        - Я обучаюсь поньемножку.
        - Ничего, может и я тебя как-нибудь поучу.
        - Ок, - улыбнулся Иван.

2. Чужак забирает все.

Никому не надо
Такие рожи, -
Бухать не модно,
Похмеляться тоже.

Ривущие струны «Панты»

        Наступил третий день пребывания Ивана в нашем офисе, и на этот раз во время ленча он, послушавшись меня, впервые поел, как все нормальные люди.
        Я достал стандартный бумажный пакет с сандвичем, а он вытащил из-под стола целлофановый пакет с каким-то пошлым рисунком.
        - Я тоже взьял с собой обед.
        - Молодец, Иван. Ты становишься похож на настоящего массачусетса.
        Из пакета появилась какая-то кастрюля и ложка. В помещении странно запахло. Он принялся хлебать странную красную жижу из кастрюли.
        - Что это, Иван! – вскричал я, сморщившись.
        - Это борщ, очьень вкусно. Хочешь покушать со мной?
        - Нет, что-то не хочется.
        Из-за столика напротив смеялся своими белыми зубами негр Джим.
        Поев, Иван достал бутылку из-под кока-колы с каким-то дерьмом в ней.
        - А это еще что?
        - Это русский напьиток квас. Очьень вкусно, он делается на хльебе.
        У вас там все это едят?
        - Коньечно.
        - Ок, парень!
        Я поглядел на Джима, который просто лежал от смеха на полу, гребаный нигер. А потом, когда он увидел, как Иван все это ест, вытаращив глаза, побежал в туалет, но в этот раз, я думаю не потому, что у него было прозвище Неиссякаемая Задница.
        После ленча опять пришла Люси.
        - Что-то ты зачастила к нам, Люси? – тоном парня, имеющего какой-то вес в этой жизни, сказал я.
        - К твоему напарнику Ивану, - пошутила она.
        - А! Вот оно что. Может быть, я подойду.
        - Нет не подойдешь. Как дела, Иван?
        - Дьела ок!
        - Вот видишь, уже кое-чему научился.
        Дерьмо, если б я знал тогда, что это не просто разговоры, ни за что б не продолжал издеваться над Иваном, сам за него работал, сам бы оставался после работы вместо него. Два месяца я, так сказать, его учил. Я нагружал его чертовски бессмысленными заданиями, а сам уходил отдыхать в местный паб «Винчестер». Там я и негр Джимми пересказывали всем приколы, которые мы чинили над Иваном и ржали, как массачусетские жеребцы. Ю ноу, один раз я с Джимом засыпали песком верхний ящик в столе Ивана, а тот ходил и жаловался: «Это не смешной шутка, когда я служил армия, я заставлял молодой солдат принести мне сигаретер». В другой раз Джим прилепил ему на спину табличку «Ударь меня по заднице», и я прилично наподдал Ивану. Это было фан, что и говорить.
        Через два месяца все кончилось. Утром меня вызвал Герман Нунке.
        - Привет, малыш Джонни, у меня есть для тебя одна новость. На должность старшего менеджера мы переводим Ивана, он отлично работает.
        - Рад за него, - сказал я.
        - Ты внес в это свою лепту, Джонни, ты большой молодец.
        - Спасибо, босс, - искренне поблагодарил его я, ожидая справедливого повышения.
        Герман Нунке немного помолчал:
        - Да, но должностей у нас немного.
        - Это проблема, босс?
        - Не совсем так, малыш. Мы сократили одно место. Твое Джонни. Мне очень жаль. Тебе придется вообще уйти, ребята уже рассчитали причитающиеся для тебя мани. Извини, Джонни, ты хороший парень и с семнадцати лет состоишь в Массачусетском Ку-клукс-клане, но бизнес есть бизнес.
        У них в России, любят говорить в таких случаях, - «Лишился дара речи». У нас в Массачусетсе есть более хлесткое выражение: «Потерял вошь на груди». Так вот, в тот момент я именно что потерял вошь на груди, молча уставившись на уже бывшего шефа.
        - Отправляйся, Джонни, - добродушно сказал Нунке, - Мне жаль, я рад, что работал с тобой.
        Я вышел из застекленного кабинета и направился к своему столу. Негр Джимми с кем-то разговаривал по телефону: «Да, нигер, тащи свою черную задницу к Тому, он должен мне пять баксов. Этот гребаный нигер проиграл их мне в баскетбол. ОК?»
        Он бросил трубку.
        - Джимми, меня выгнали с работы, - объявил я.
        - Фак, за что?
        - Я попал под сокращение, а на мое место ставят его, - и ткнул пальцем в Ивана, который, как ни в чем не бывало, выполнял мое очередное задание, сидя за столом.
        - Фак, ты попал, малыш Джонни, - засмеялся Джим, - я всегда знал, что этот русский надерет твою белую задницу.
        Я грустно помолчал. Посмотрел на этого гребаного Ивана.
        - Если что, я буду в «Винчестере», Джимми.
        - Ок, я и сам отправлюсь туда.
        Целый вечер я сидел в пабе и обдумывал все это. «Дерьмо», - думал я сидя за стойкой и вливая в себя очередную пинту, как и всякий массачусетец на моем месте. А потом уже поздно вечером, решил пойти на работу забрать свои вещи, чтобы никто не увидел моих скупых мужских слез.
        Я вошел в недавно такой милый мне большой и светлый зал и направился к уже чужому столу. В офисе кто-то был, кто там возился и сопел. Я подошел ближе и, что бы вы думали, увидел, - Ивана и Люси. Да, да, он трахал ее, парень, вставлял свой гребаный русский член в настоящую массачусенку. Я почувствовал себя так, как когда-то на отдыхе во Флориде, когда мы подожгли у загородного дома крест, а это оказался дом местного белого священника, - меня крупно подставили, парень.
        Иван обернулся и, широко улыбаясь, сказал:
        - Ок, очень карашо, малыш Джонни.
        Я торопливо вышел, и больше никогда не появлялся в этом гребаном офисе. Это Люси сделала все это дерьмо.
        Знаешь, парень, я понял только одно, чужак всегда забирает все, на давая тебе ничего взамен. Я, негр Джимми, Герман Нунке, - мы все запороли. Мы хотели от этой жизни чего-то, но не получили ничего.



ВебСтолица.РУ: создай свой бесплатный сайт!  | Пожаловаться  
Движок: Amiro CMS